Академик Виталий Майданник: «Когда ребенок падает, ангел в лице врача-педиатра подставляет руки…»

27. октября 2011 | От | Категория: Рекомендуем прочесть

Медицина детства… Перед нами – совершенно особая отрасль жизни и судьбы. Хотя бы потому, что от здоровья ребенка зависит во многом его будущее, а в целом. Видный специалист в области педиатрии, академик Национальной академии медицинских наук Украины, профессор Виталий Майданник как бы олицетворяет, среди других крупных фигур в его профессии, это важное медико-социальное направление.
Ведь в состав НАМН Украины входят лишь три детских врача в статусе академика и три члена-корреспондента. Причем именно Виталий Майданник делегирует такое высокое научное признание в стенах крупнейшего учебного заведения – Национального медицинского университета имени А.А. Богомольца, заведуя тут одной из ведущих кафедр педиатрии.

Сегодня современный доктор Айболит – гость «Правды Украины».

— Уважаемый Виталий Григорьевич, какие мотивации и обстоятельства побудили вас избрать жребий врача? Нередко такой выбор формируется родительскими генами…

— Формально я не из врачебной династии. Однако, если вдуматься, все же являюсь ее ветвью. Большое влияние, в первую очередь, своим благородным примером, на меня оказали Николай Кузьмич Майданник, родной брат моего отца, , и его жена, Елена Александровна Красовская. Оба они опытные врачи, прошли школу и закалку периферией, где медик обретает лучшие качества. Затем Николай Кузьмич трудился в нашем медицинском институте на кафедре рентгенорадиологии, которой руководил профессор Василий Иванович Милько. Это круг тонких знаний, синтезирующий, в сущности, судьбоносные медицинских истины в союзе с точными науками.

В родной Мироновке, что на Киевщине, я учился на одни пятерки. Своей целью поставил поступить как раз в этот вуз. Избрал педиатрический факультет, пожалуй, интуитивно, рассудив, что и мужчины часто бывают хорошими детскими врачами. К слову, за рубежом педиатрию представляют преимущественно мужчины. Да и дружественный контакт с любым малышом для меня, для моей природы, очевидно, органичен.
Понятно, все складывалось не сразу и не вдруг. Но тяготение к науке во мне достаточно рано стало призывно импульсировать. Особую роль тут сыграл заведующий кафедрой микробиологии Владимир Павлович Широбоков, ныне академик НАН Украины, личность больших духовных и мыслительных дарований. Наша совместная статья – студента и профессора – была опубликована в журнале «Мікробіологія», причем В. Широбоков обозначил себя в соавторстве вторым… Но потом проистекло очарование педиатрией, под руководством профессора Веры Дмитриевны Чеботаревой, моего незабвенно любимого наставника, возглавлявшей кафедру с 1969 по 1990 годы, и я имею теперь честь нести ее эстафету. А приметила она меня накануне 80-х, когда я, активный участник научного кружка, завершал студенческую учебу. Вера Дмитриевна была педиатром широкого профиля, занималась плодотворными клиническими аспектами ревматологии, нефрологии, пульмонологии и иммунологии. Знаменательно, что она была избрана членом Европейского общества по изучению микроциркуляции и Международной Ассоциации детских нефрологов. Я оказался как бы на распутье – между теоретической и практической медициной. Но предпочел, в конце концов, практическое поле…

К слову, интересно будет узнать тот факт, что в США начали практиковать лечение ребенка с помощью программирования снов, а также их толкования. Первой такой клиникой, которая использует сонник, как средство лечения детского здоровья и психики, находится в Алабаме. Именно там значение сновидения становится крайне важным в курсе лечения проблемных детей.

— Итак, в 1980-м вы, двадцатитрехлетний врач-педиатр, входите в структуру нынешней кафедры педиатрии №4, проходя научную вертикаль: аспирантура, защита кандидатской диссертации, должность ассистента, доцента. Но в 1990 году вас избирают заведующим кафедрой. Тридцать два года для такого старта – возраст, согласитесь, беспрецедентный. Как это произошло?

— Благодаря поступку Веры Дмитриевны Чеботаревой и поддержке со стороны ректора Киевского медицинского института, накануне его преобразования в медицинский университет, академика Евгения Игнатьевича Гончарука. После моего утверждения в степени доктора медицинских наук в 1989 году Вера Дмитриевна обратилась к ректору с предложением об избрании меня на ее место, а сама выразила желание остаться профессором кафедры. Ей тогда было 67 лет, она по всем параметрам целиком отвечала своему статусу и положению. Но совершенно добровольно предпочла мое продвижение. И хотя Е.Гончарук, кстати, пребывавший с Верой Дмитриевной в дружеских отношениях, внутренне не был готов к такому перемещению, он все же поддержал ее выбор. Конечно же, новые обязанности меня окрылили.

— Будущее показало, что на весах времени такой поворот оказался весьма полезным. В 1991 году вы стали профессором, в 2001-м – заслуженным врачом Украины. В 2003 году вас избрали членом-корреспондентом АМН Украины, а в 2010-м – академиком. Но коснемся связующей линии ваших кандидатской и докторских диссертаций. Они ведь были посвящены аспектам заболеваний почек у детей. Это важный для Украины вектор: весомость исследований подтверждена присуждением в 2009 году Государственной премии Украины в области науки и техники группе ученых-новаторов в области нефрологии, во главе с академиком НАМН Л.А. Пыригом. Вы тут представляете указанное направление применительно к кафедре и больнице. В чем состоит сюжет?

— Интересом к нефрологии меня индуцировала В.Д.Чеботарева, где у нее имелись и международные достижения. После научного дебюта в этой отрасли я не изменил ей, моя докторская диссертация касалась актуальной темы «Клинико-экспериментальное изучение развития пиелонефрита и комплексное его лечение у детей». К этому времени грянул Чернобыль, течение ряда болезней у детей, включая и почечные страдания, в силу случившегося усложнились. Болезни почек, называя вещи своими именами, не так уж редко приводят пациента к грани катастрофы. В ряде случае необходим гемодиализ, использование искусственной почки. Это всегда сложная проблема.

Неожиданно, в 1987 году, к главному врачу нашей детской больницы №6 Николаю Николаевичу Ивахе, Вере Дмитриевне и ко мне обратились со стремлением помочь французские коллеги. Большую инициативу здесь проявил, поддерживая ее и в дальнейшем, видный общественный и государственный деятель Франции Бернар Кушнер, врач по специальности. Отмечу, что все происходило в эпоху Советского Союза. Самостоятельные контакты с зарубежными организациями и коллегами были внове.

Так возник украино-французский ассоциативный центр «Дети Чернобыля» и практически впервые в детской нефрологии было создано в столице отделение гемодиализа с 12 аппаратами для этого. Кстати, некоторые из них использовались и в других лечебных учреждениях. Сейчас у нас работает шесть аппаратов типа «искусственная почка» для диализа при хронической форме гломерулонефрита, аномалиях развития почек, диабетическом гломерулосклерозе и другой патологии. На лечении пребывают 28 больных. Для них это, бесспорно, спасительная поддержка

— Помимо того, что как раз вашими усилиями укрепилось данное направление в виде отделения хронического гемодиализа в педиатрии, вы являетесь фундатором и иного клинического направления – создав оригинальную школу детских вегетологов и первый в мире профильный центр такого плана. Это начинание, кажется, так же относится к отзвукам Чернобыльской катастрофы?

— Хотелось бы отметить, что первым детским врачом, начавшим обследование детей сразу же после взрыва на ЧАЭС, был один из моих учителей, член-корреспондент АМН СССР Виктор Михайлович Сидельников. В развитие этого прорыва, я стал присматриваться к детям, эвакуированным из зон интенсивного радиационного загрязнения. Они все чаще болели, но без четкого диагноза по поражению того или иного органа. Все укладывалось в синдром вегетодистонии, особых неврогенных нарушений. Надо было организовать подобную клинику, да и магистраль. Нас тогда поддержал заведующий Киевским горздравотделом Виктор Максимович Дидыченко. Стоит подчеркнуть, что значимость таких подходов возрастает.

— Здесь впору несколько подробнее рассказать о больнице, в стенах которой происходит наш разговор…

— В ней, в центре Киева, на Терещенковской улице, функционирует, в полном контакте с Н. Ивахой и другими нашими коллегами-практиками с кафедрой, 150 коек. Весьма значима их клиническая дифференциация: 20 неонатологических коек (причем с отдельным спальным местом и для мамочки), отделение гемодиализа, общепедиатрическое, кардиоревматологическое и относительно новое эндокринологическое отделения. Ведь заболеваемость детей сахарным диабетом, а равно и иной эндокринной патологией возрастает.

— Ваши научные разработки защищены 22 патентами. Одна из них – электронный фонендоскоп. Что это за прибор?

— Он создан совместно с Институтом гидромеханизации НАН Украины, возглавляемым академиком В.Т Гринченко, при творческом содействии ученого. Суть прибора в том, что при выслушивании сердца и легких студент слышит ту же гамму звуков, что и преподаватель, овладевает этой важной стороной аускультации, присущей нашей классической медицине

— Руководимая вами кафедра относится к весьма мощным на педиатрическом факультете…

— Действительно, в ее составе 4 профессора и 6 доцентов. При большой поддержке со стороны ректора НМУ имени А.Богомольца, академика НАМН Украины Виталия Федоровича Москаленко осуществляется курс по привлечению наиболее опытных сотрудников больницы, при совмещении обязанностей, и к педагогической работе. В плодотворных начинаниях ректора тут важная грань.

— Поворот к педиатрии встает, пожалуй, знамением нашего времени…

— Вы правы. Педиатрический факультет при наборе студентов в нынешнем году отличался наибольшим конкурсом. Но некоторые позиции утеряны, ведь в течение нескольких предыдущих лет факультет как таковой был как бы законсервирован, шла подготовка врачей общей практики. Но этот ракурс не должен противостоять нужде в высококвалифицированных детских врачах. Лишь в нескольких странах Европы инвектива подготовки врачей общей практики (а их часто ассоциируют с семейными врачами), предстает преобладающей. Кстати, семейный врач может быть приглашен для такой миссии и частным образом, а педиатр, и я в этом убежден, государственная функция. В нашем университете, усилиями его руководства, при поддержке Минздрава Украины, и, в частности, профессора А.П. Волосовца, факультет вновь работает в полную силу. Это, если хотите, наш вклад в день завтрашний: ведь сегодня врачей-педиатров недостает.

— И такой вопрос. Совсем недавно состоялся Седьмой конгресс педиатров Украины, в котором вы приняли активное участие. Наполненность аудитории впечатлила. Каков, образно говоря, нынешний обобщенный портрет плеяды украинских врачей-педиатров?

— Программа конгресса была очень насыщенной, самое деятельное участие в нем приняли президент НАМН Украины Андрей Сердюк, уполномоченный по правам ребенка Юрий Павленко, министр здравоохранения Украины Александр Анищенко и первый его заместитель Раиса Моисеенко. Но это – яркий оптимистический знак, а основа – большой интерес к научным позициям в педиатрии со стороны новых поколений учащихся. Например, научный студенческий кружок при нашей кафедре становится ее своеобразным филиалом. Приток молодежи в науку, и это также черты нашего университета, явно ощутим. Высок интерес и к научной периодике.

— Это, как я знаю, отражает и популярность редактируемого вами журнала «Педіатрія, акушерство і гінекологія».

— Ведение журнала мне, в сущности, завещал В.М. Сидельников. Бережно храню все номера. Внимание врачей к журналу – вне сомнений. Он распространяется только по подписке, и тираж достигает 3,5 – 4 тысяч! Думается, это не так мало. Я корректирую материалы по педиатрии, а другие разделы ведет заместитель главного редактора, видный акушер-гинеколог, член-корреспондент НАМН Украины Борис Михайлович Венцковский.

— Однажды в диалоге вы привели интересное изречение: педиатра можно иногда сравнить с ангелом. Это ведь и на самом деле так?

— Изречение привлекло меня в труде нашего соотечественника, историка медицины Л. Фиалкова. Убежден, что педиатрия при любви к ней, при ощущении ее, как части жизни – высший выбор!

Беседовал Юрий ВИЛЕНСКИЙ

Комментирование закрыто.