Хроника мятежного Майдана

5. декабря 2013 | От | Категория: экономика

В ночь на 30 ноября силами столичной милиции разогнали «евромайдан» в Киеве. Такой поступок послужил детонатором для массовых акций протеста. Первый день зимы начался с силового противостояния властей и оппозиции.

Непредвиденный разгон

В ночь на 30 ноября милиционеры в Киеве разогнали «евромайдан». За несколько часов до разгона «евромайдан» оказался фактически обезглавленным: политиков на площади не было, певица Руслана Лыжичко ушла к врачу. В это время на площадь начали прибывать коммунальные рабочие для установки оборудования для катка. Между ними и митинговавшими возникла словесная перепалка. Позже к месту конфликта подтянулся «Беркут», который и начал оттеснять митинговавших с площади. Но потом «выдавливание» внезапно обернулось жестким разгоном с избиениями. «Кидали палки, палки, баночки с зеленым горошком, пустые бутылки, камни. К сожалению, действительно была обоюдная стычка», — пояснил начальник киевской милиции Валерий Коряк действия своих подчиненных. Позже он заявил, что это он отдал приказ на разгон митинга и подал в отставку (которая не удовлетворена до сих пор). В то же время Коряк намекнул: отвечать за произошедшее он будет «не один».
Однако разгон — разгоном, а поведение «Беркута», когда догоняли и добивали участников митинга, вызвало возмущение. «Коряк получил приказ из МВД. Но это приказ наверняка не звучал так, что людей надо бить дубинками. В данном случае диалога не произошло. Коммунальщики попросили, милиция пошла, скорее всего, полетели поленья. И тут включился человеческий фактор», — поясняет милиционер в отставке Владимир Полищук действия коллег. По информации «ПУ», среди «Беркута» накануне появления на Майдане распространился слух: после штурма оппозицией «машины с прослушкой» на Европейской площади в больнице от побоев умер один из «беркутовцев». Как бы то ни было, но разгон митингующих, среди которых было много студентов, вызвал в украинском обществе бурную реакцию.
Казалось бы, с этими «евромайданами» случится то, что случилось в свое время с «налоговым майданом» — протест тихо затухнет. Однако субботний предельно жесткий разгон, к тому же запечатленный на камеры, заставил многих до этого со скепсисом относившихся к протесту, выйти на улицы. Призывы оппозиции не спускать «избиение детей» с рук, частью общества были услышаны. Очень уж многих впечатлили кадры с добиванием митинговавших и журналистов. И разгон Майдана «разогнал» акции протеста по Украине. Впрочем, оппозиция в свою очередь не преминула воспользоваться ситуацией и напомнить — произошедшее стало возможным из-за аполитичности «евромайдана». «Если бы были политики, которые руководят Майданом, очевидно, что решения принимались бы другие. Очевидно, что у нас достаточно людей, для того, чтобы защитить Майдан, достаточно структуры и опыта, для того, чтобы противодействовать таким нападениям «Беркута». А поскольку руководили люди, у которых такого опыта нет, то это провалилось», — заявил «свободовец» Игорь Мирошниченко.
Оппозиционеры объявили массовую воскресную акцию в полдень. Однако еще вечером 30 ноября к Михайловскому монастырю, где от «Беркута» укрылась часть митинговавших на Майдане Незалежности, начали подтягиваться люди — нести одежду, еду. К вечеру уже сама Михайловская площадь превратилась в «евромайдан», однако не так уже дружелюбно настроенный. Лозунги были радикальнее. Если раньше хотели в Европу, то теперь собравшихся объединяло лишь одно — желание отомстить за то, что произошло ночью. Политики эту инициативу не проигнорировали. Выступления разворачивались у подножья памятнику княгине Ольге. Памятуя о разгоне, срочно организовали отряды самообороны. Кроме того, волонтеры создали медицинскую службу. На площади установили бочки для обогрева собравшихся. С каждым часом народа на Михайловской площади становилось все больше. Оппозиция кинула клич — судьба страны решается в Киеве. В столицу потянулись автобусы из западных областей Украины.
Власть, в свою очередь, оказалась в растерянности. Глава Администрации президента Сергей Левочкин, по данным СМИ, подал в отставку. Из Партии регионов начали выходить политики: Инна Богословская, Давид Жвания, Николай Рудьковский, Владимир Мельниченко. Богословская уже успела выступить с жесткой критикой власти. Позже президент Украины Виктор Янукович заявит о недопустимости подобного поведения «Беркута» и начале расследования данного инцидента. Министр внутренних дел Виталий Захарченко извинится перед украинцами за произошедшее. Но это не «собьет» протестную волну.

«Провокаторы» или «бойцы революции»?

В 11.30 1 декабря в парке Шевченко в Киеве было народу — не протолкнуться. Улица Владимирская перед парком была заполнена. А со стороны Михайловской и с других уголков Киева в парк Шевченко продолжали стекаться люди. Чуть позже на покинутой Михайловской площади оставалось несколько сотен людей. В монастыре продолжали собирать продукты, для тех, кто там ночует, кормить протестующих. А тем временем многотысячный митинг двинулся к Майдану Незалежности, где протестующих уже ждали соратники. Последние своими машинами перекрыли Институтскую улицу. Стоявшие рядом гаишники молча наблюдали, как сверкают «аварийками» машины сторонников «евромайдана». Среди них был замечен и «Хаммер» художника и помощника народного депутата Сергея Пояркова.
Еще до прихода основной массы протестующих на Майдан, те, кто подтянулся туда раньше, начали разговор с охранявшими периметр у елки солдатами внутренних войск. Последние, словно на подбор, выглядели детьми — в чуть великоватой форме 18-летние юноши. Когда одному из «переговорщиков» надоело говорить и он откинул первую секцию с правой стороны ограждения на Крещатике, бойцы ВВ и не думали упираться. После того, как снос забора стал набирать обороты, они убежали в сторону автобусов у театра Ивана Франко. А к Монументу Независимости тем временем устремились протестующие, который так и не вняли голосам ряда митинговавших, выбежавших за забор, когда его начали сносить: «Это провокация!». Майдан был очищен от милиции. Тем временем оппозиция доходила на Майдан. Были традиционные стычки у памятника Ленину, который позже попытаются снести и опишут ругательствами. Был и захват Киевсовета, на котором, зачеркнув табличку «Киевская городская государственная администрация», напишут баллончиком с краской: «Революционный комитет». Захватят и Дом профсоюзов, хотя тот же лидер «УДАРа» Виталий Кличко призывал — не захватывать административных зданий. Его не послушают. И к обеду начнется штурм Администрации президента.
Под АП было жарко. Банковую перекрыли с двух сторон. Со стороны Лютеранской контингент протестовавших был относительно мирным. Да и милиция здесь не была отделена от митингующих железными щитами, а в первых без спецобмундирования и спецсредств рядах стояли, похоже, обычные ППС-ники; «космонавты» в камуфляже и в полной экипировке прятались между перегородивших Банковую автобусов. Какие-то девушки пытались «троллить» милиционеров, взрывая новогодние хлопушки. Однако в целом все было спокойно. С другой же стороны доносились пугающие звуки взрывов и громких ударов о металл. В то время со стороны Институтской шел бой. Сначала неизвестные подъехали к администрации на бульдозере. Позже его станут использовать в качестве трибуны. Петр Порошенко попытался успокоить собравшихся. Но его не стали слушать. Позже в появлении бульдозера обвинят партию «Братство». Однако среди тех, кто после шел на штурм рядов «Беркута», было много молодежи не из «братчиков». Тем не менее, оппозиционеры в своих выступлениях скопом запишут всех бившихся на Банковой в провокаторы, чем вызовут справедливое возмущение части митингующих. Ведь среди принимавших участие в столкновениях с милицией были разные люди. Была тут и молодежь в дорогой сноубордической экипировке, которую «зарплата провокатора» попросту не окупит, и молодежь из «Правого сектора» и околофутбольных групп. Цель провокатора — большее количество жертв. А тут собравшиеся, когда шел газ, кричали посторонним: «Садись!», делились сладкой водой (считается, что это помогает при отравлении газом), и выносили к медикам пострадавших от столкновений. Кроме того, гасили волну паники, препятствуя давке.
Страсти накалялись. В «Беркут» летели петарды, взрывпакеты, фаера. С той стороны летели гранаты со слезоточивым газом. К пяти вечера «Беркут» пошел на прорыв. Часть собравшихся укрылась в Доме Писателей, но «Беркут» ворвался и туда. Не попавшим в «особняк Либермана» тоже не повезло. Озлобленные «космонавты» были всех подряд, и били жестоко. Пострадали как митингующие, так и журналисты с медиками. Милиционеры не тратили время на разбирательство. На Банковую зачастили «скорые». Некоторых пострадавших выносили на руках. Озлобленная молодежь начала разбирать тротуар на Институтской. «Правый сектор, сюда!», — закричит какой-то молодой человек подходящим с Майдана. «Беркут», несколько минут удержав позицию у Дома Писателей, отступил на предыдущие позиции. Со стороны Майдана по Институтской к собравшимся поднялся Кличко. Люди начали скандировать его фамилию и продвигаться к «Беркуту», а сам лидер УДАРа, выйдя на бывшие позиции милиционеров начал говорить: «Там (в А.П.) никого нет. Чего вы добьетесь штурмом?» — и начал убеждать собравшихся уходить. Из разгоряченной толпы в сторону Кличко порой доносились весьма некомплиментарные высказывания. Потом Кличко уйдет к Майдану, где выступит и расскажет о собравшихся «провокаторах» у Банковой. Позже один из бившихся у Администрации президента напишет «Исповедь провокатора», где выступит с претензией к оппозиционерам и поддерживающим их писателям: «Да, я штурмовал АП. Поэтом я «провокатор». А еще вчера я был на Михайловской площади и тоже в маске и тоже с палкой в руках… Правда, тогда нас не называли провокаторами. Тогда нам аплодировали и на нас надеялись… Я не был «провокатором» даже сегодня днем, когда одним из первых ступил на Майдан. Но потом стал провокатором». Стоит также отметить, что в штурме Киевсовета и Дома Профсоюзов, судя по символике, принимали участие молодые «свободовцы» и симпатизирующие им фанаты. Оттого заявление лидера политсилы Олега Тягнибока о «провокаторах», сделанное им на той же Банковой, звучит весьма неоднозначно. Впрочем, оппозиционеры уверяют — если сейчас пойти по «пути силы», это развяжет власти руки.
Пока на Майдане укрепляются. Строят баррикады. И ожидают решения президента, которого подозревают в желании ввести режим чрезвычайного положения. О нем уже просят крымские власти…

Борис РУДЬ

Оставьте комментарий