Завтра исполнится ровно месяц, как 14 июля 2010 года, в офисах компании «Сумынефтесервис» был проведен внезапный и достаточно жесткий обыск, в рамках которого было изъято множество важных для ритмичной работы компании документов, печатей и штампов. В том числе и тех, которые ну никак не относились к уголовному делу, возбужденному против одного из предприятий Сумского нефтесервиса по результатам налоговых проверок за период… 2008-2009 годов. Последствия такого тотального изымания документов не заставили себя долго ждать. Работа большинства автозаправок была приостановлена, а к тем, которые были открыты, образовались огромные автомобильные очереди. Область начало лихорадить. Журналисты всерьез заговорили о топливном кризисе.

- Я бы не стал характеризовать сложившуюся ситуацию, как кризис, – отметил в своем комментарии для «ПУ» директор предприятия «Сумынефтесервис», один из совладельцев сети заправок в Сумской области Евгений Сидоренко. – Мы стараемся держать ситуацию под контролем. Во всяком случае, пока… Я хочу подчеркнуть: мы не прекратили отпускать топлива по ранее проданным обязательствам. Мы отпускаем топливо по талонам и так называемым скретч-картам, которыми пользуются все учреждения, машины скорой помощи, больницы, облэнерго и так далее. Мы делаем все возможное, чтобы не заблокировать работу госпредприятий, и выполняем свои обязательства.

- Евгений Эдуардович, давайте напомним нашим читателям, как все началось…

- Плановые налоговые проверки у нас проводились раз в год согласно закону, бывали и внеплановые. Бывали замечания, случались доначисления… И нам по результатам проверок выдавались так называемые «чистые листы», то есть заключения, что никаких претензий к нам нет. Но по одному предприятию около года назад, по периоду 2008-2009 годов, налоговая администрация предъявила нам претензии, что мы якобы скрываем налоги, минимизируем их и так далее. Процедура судебных разбирательств по этому поводу длилась достаточно долго. Пока в один не очень прекрасный день, а именно 14 июля этого года, у нас в офисах не был произведен достаточно жесткий обыск. Как нам объяснили: «в рамках уголовного дела». Были изъяты даже бумаги, печати и штампы, к данному уголовному делу не имеющие никакого отношения. Мы, как могли, объясняли следователям, что подобные действия серьезно препятствуют законной работе АЗС. Ведь предприятие не может вести хозяйственную деятельность, если нет печати, кассовых книг, журналов движения нефтепродуктов и так далее. В ответ уже на протяжении целого месяца слышим одно и тоже: все проходит в рамках уголовного дела.

Более того, нам начали блокировать счета. Сначала на предприятии, против которого возбудили дело. При этом мы препятствий следствию не чинили. Потом заблокировали счет на втором предприятии… Когда поставщики проанализировали ситуацию, столкнулись с тем, что счета заблокированы, естественно, отказали нам в поставках топлива.

- Спустя почти месяц ситуация как-то изменилась? В ту или иную сторону…

- Да, практически никак. Я вообще не понимаю, зачем и кому все это нужно в конечном счете. Очевидно, таким образом кто-то решает свои политические или экономические вопросы. Мол, вот как мы умеем их решать! Мы постоянно говорим налоговикам: давайте сядем за стол переговоров, давайте разберемся, мы готовы выслушать все претензии и готовы пойти на разумный компромисс. Но нас словно не слышат. Вместо этого у нас начинают изымать пробы на заправке, якобы для того, чтобы проверить качество топлива. Мы говорим, хорошо, берите. Проходит время, снова начинают брать пробы.

Проверили. Но у нас есть сертификаты качества. Проходит время, у нас изымают все сертификаты и паспорта качества с заправок. Опечатали сначала четыре, потом шесть заправок. Мы предполагаем, что дальше они могут заблокировать всю сеть АЗС и тоже в рамках уголовного дела. Мы пишем жалобы, написали в АМК, горпрокуратуру, ответов нет. Нас только упрекают, что мы, мол, блокируем работу.

Но мы ничего не блокируем! Наоборот, стараемся держать ситуацию под контролем. У нас есть некоторые запасы топлива, которые мы постоянно пополняем. Мы сегодня вечером снова звонили поставщику, чтобы он нам поставил еще топлива, чтобы не было простоев. То есть со своей стороны мы все делаем!

Согласно договорным отношениям поставщики могут сделать отсрочку платежа за поставленное топливо. Но когда началось все это, они нам стали звонить и сказали, что готовы поставлять топливо на условиях лишь стопроцентной предоплаты. Хорошо, но как мы можем сделать стопроцентную предоплату, если счета заблокированы? В конце концов, поставьте себя на место поставщика. Вы бы поставили товар человеку, если над ним висит налоговая и на нем какое-то уголовное дело?

- Пытались разрешить ситуацию через суд?

- В прошлый четверг, 5 августа, мы выиграли суд первой инстанции. Причем любопытно, что решение суда мы получили на руки в три часа дня, а уже в пять тридцать нам вручили по этому решению апелляционную жалобу. В пятницу состоялось заседание в Апелляционном суде. Все прошло очень стремительно. Нам дали всего 15 минут на ознакомление с документами. А оглашение приговора длилось дольше, чем было отведено времени на дебаты сторон.

- Можно сегодня говорить об убытках, которые вы понесли?

- Конечно, можно. Но тут важно другое. А именно – прямые убытки, которые несет государство. Ведь за семь месяцев этого года мы заплатили государству налогов в общей сложности на сумму около восьми миллионов гривен. Но поскольку мы не можем нормально работать с заблокированными счетами, значит, и налоги тоже мы не имеем возможности платить. То есть за минувший месяц государство не дополучит от нас порядка миллиона гривен налоговых поступлений! Спрашивается: чьи интересы в таком случае защищает налоговая администрация?

Подготовила Виктория ЯСНОПОЛЬСКАЯ