Страсти по экспромту

17. мая 2010 | От | Категория: Рекомендуем прочесть, экономика

Хотя люди, понимающие нюансы энергетического бизнеса, оценивают предложение российского премьера Владимира Путина об объединении активов «Газпрома» и «Нафтогаза Украины», как планы на перспективу, этот «экспромт» дал много пищи для дискуссий как СМИ, так и оппозиции. В результате на публику обрушились самые страшные сценарии развития событий, вплоть до ввода военных формирований России на объекты украинской ГТС. Конечно, коллег-журналистов можно понять – чем страшнее прогноз, тем легче его продать; очевидна и мотивация оппозиции, которая любое слово и любой шаг действующей власти выдает за предательство национальных интересов Украины. Но специалисты, оценивая новую российскую инициативу, будут оперировать экономическими реалиями и цифрами. Давайте и мы, отбросив политическую риторику, попробуем сопоставить все «за» и «против» возможного объединения «Нафтогаза» и «Газпрома».

С первого же момента, когда российский премьер озвучил свою нашумевшую инициативу, идея объединения «Нафтогаза» и «Газпрома» была воспринята как вхождение украинской компании в «Газпром» на правах миноритарного акционера. Отечественные СМИ быстро подсчитали, на какую долю в акционерном капитале российского гиганта может рассчитывать «Нафтогаза», будучи поглощенным «Газпромом». Тут не помогут даже новенькие сверхъемкие и прочные трубы ппу для прокачки голубого топлива. Выходило, что с учетом стоимости активов двух компаний украинская доля в объединенной газовой структуре не превысила бы 6%. «Страшилка» о потере Украиной всякого контроля над своей собственностью была растиражирована и стала гулять по выступлениям и публикациям.

Однако представляется маловероятным, что Владимир Путин, говоря об «объединении Газпрома и НАК «Нафтогаз» Украины», имел в виду именно такой сценарий – уж слишком он откровенно противоречит интересам Украины и не может не вызвать единогласного противодействия в обществе. Логичнее предположить, что идея заключается во вхождении «Газпрома» в акционерный капитал «Нафтогаза» на основе обмена активами или приобретения «Газпромом» доли в украинской компании. Именно такой вариант был реализован в случае с белорусским «Белтрансгазом», в котором «Газпром» сегодня имеет 50% акций, а другие 50% принадлежат белорусской стороне.

Широко распространена на газовом рынке и практика обмена активами. Например, в 2008 году «Газпром» обменялся активами с BASF AG в целях освоения Южно-Русского месторождения, а в октябре 2009 года совершил обмен активами с E.ON Ruhrgas AG.

Кстати, первая реакция украинских руководителей на инициативу В.Путина свидетельствует о том, что она была воспринята именно в этом ключе. Премьер Николай Азаров так прокомментировал идею объединения: «На равных в объединении? Если так, то нет вопросов, если на равных».

Конечно же, варианты и формы такого объединения надо тщательно просчитывать. По словам президента Виктора Януковича, к инициативе Владимира Путина «необходимо относиться прагматически, исходя из интересов Украины», и ответ Киев даст только «после того, как Украина все просчитает».
Выгоды «Газпрома» от объединения с «Нафтогазом» понятны: российская компания гарантирует для себя бесперебойность поставок газа потребителям в Европе и получит доступ к конечным потребителям топлива в Украине. А что получит Украина от такого решения? Противники идеи объединения считают, что ничего, кроме потери контроля над своими газовыми активами. Однако не все так однозначно.

Став равноправным акционером «Нафтогаза», «Газпром» автоматически оказывается равно заинтересованным в эффективном функционировании газотранспортного хозяйства Украины. Такая эффективность зависит от нескольких факторов.

Во-первых, поддержание на должном уровне технического состояния украинской ГТС, ее модернизация. По признанию специалистов, наша ГТС находится в довольно плачевном состоянии и требует значительных капиталовложений. По разным оценкам, ее модернизация может стоить от 2,5 и более млрд. долл. Но сегодня у НАК нет необходимых средств для проведения работ на разрушающейся трубе. Именно поэтому возникла и столь усердно отстаивается по сей день идея создания газотранспортного консорциума. Вхождение «Газпрома» в акционерный капитал «Нафтогаза» поможет найти необходимые средства и привлечь инвесторов.

Во-вторых, обеспечение поставок газа в необходимых объемах как для транзита в Европу, так и для внутреннего рынка Украины. По ходу газовых переговоров Украины и России накануне подписания харьковских соглашений много говорилось о том, сколько в действительности нам нужно российского газа для внутреннего потребления. Достигнутые договоренности о приобретении в будущем году у России 40 млрд. куб. м «голубого топлива» вызвали в Украине сомнения в том, что украинскому рынку необходимо столько газа. Можно ожидать, что приход «Газпрома» поможет гармонизировать поставки относительно реальных нужд рынка.

С другой стороны, объединение с «Газпромом» поможет решить проблему транзита российского газа в Европу через Украины. Через 3-5 лет, когда будут запущены оба альтернативных газопровода – Северный и Южный Потоки (и, не дай Бог, еще и конкурирующий «Набукко»), Украина как транзитное направление полностью утратит свое значение. Но, став акционером «Нафтогаза», «Газпром» будет кровно заинтересован в наполнении транзитной трубы. И если «Северный поток» уже не остановить, то Южное направление еще может, как минимум, подвергаться корректировкам. Об этом свидетельствует, в частности, недавнее заявление пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова, который сообщил, что в случае создания Россией и Украиной единого газового холдинга Москва может поставить вопрос об уменьшении мощности «Южного потока».

В-третьих, оздоровление финансового состояния «Нафтогаза». Не секрет, что компания на сегодня практически является банкротом: операционные расходы намного превышают ее прибыли. Согласно отчетности за 2009 год, долгосрочные обязательства НАК составляют 18,09 млрд. грн. Вместо того, чтобы обеспечивать наполнение бюджета страны, компания постоянно залезает в государственный карман, чтобы сохранить свою жизнеспособность.

В выступлениях украинских экспертов и политиков не раз звучали подозрения, что убыточность «Нафтогаза» и украинской ГТС обусловлены неэффективностью и непрозрачностью НАК, а также некоторыми коррупционными интересами. Сергей Тигипко в бытность кандидатом в президенты отмечал: «Нафтогаз» нельзя сравнивать с европейскими энергетическими холдингами и даже Газпромом, ведь все они являются публичными компаниями. Мы же имеем непрозрачную и неподконтрольную монополию».

Логично надеяться, что «Газпром», заинтересованный в прибыльности приобретенного актива, поможет «Нафтогазу» выйти из долговой ямы и повысить доходность, наладит надлежащий финансовый контроль и прекратит манипулирование финансовыми средствами компании. Тогда, может быть, «Нафтогаз» и обретет в реальности статус «национального достояния», которым мы все хотели бы гордиться.

Справедливости ради следует сказать, что и в России далеко не все с радостью воспринимают идею объединения «Газпрома» и «Нафтогаза». Критики инициативы Владимира Путина считают, что российский монополист получит «гору ненужного металлолома» и массу нерешенных финансовых проблем, что может нанести удар по рентабельности «Газпрома». По распространенному в экспертных кругах России мнению, Москва и «Газпром» просто вынуждены пойти на эту меру, чтобы исключить на будущее возможность любых инцидентов с транзитом газа через Украину. В условиях обострения конкуренции на европейском газовом рынке новая газовая война и срыв поставок газа в Европу больно ударит, прежде всего, по России.

Впрочем, у любого масштабного государственного начинания всегда хватает критиков. Реальные же выгоды таких инициатив требуют взвешенного анализа и тщательного просчета. Главное, чтобы таким расчетам не повредили политические и экономические интересы отдельных лиц.

Очевидно, что переговоры о возможности и формах объединения «Газпрома» и «Нафтогаза» займут немало времени. Если идея найдет поддержку у нынешних властей, правительству предстоит проявить в ходе переговоров большое умение, выдержку и настойчивость, чтобы добиться необходимой защиты интересов Украины в сделке. К тому же предстоит преодолеть серьезные трудности, связанные с действующим законодательством, запрещающим передачу газотранспортной инфраструктуры в собственность иностранным компаниям. Но зато результат – эффективно действующая и высоко прибыльная национальная газовая отрасль, если он будет достигнут, окупит все усилия.

Tags: , , , ,

Оставьте комментарий